К ветви мотета-мадригала относятся „Священные песно- liПения" (1625) Шютца. О замысле композитора – соединить I старый и новый стили – мы узнаем из предисловия к сбор- I нику. Старые влияния исходят от традиции Лассо и сказы- иаются прежде всего в области музыкальной формы (главен- И сгвует мотетная организация). Новое идет от последних достижений итальянского мадригала, проявляясь в „новой II гармонии", свободном истолковании сакральных текстов, в

репрезентации „пышного стиля". Переплетение мотетной и мадригальной техники характерно для некоторых хоральных I обработок С. Шейдта („Духовные концерты" – 1631, 1634, 1635, 1640) [106]. Особенно прихотлива и пестра их ритмическая  организация – реликты модальности (см. пример 82а) соседствуют со строгой и переменной тактовостью. Основным фактором формообразования в „Духовных концертах" Шейдта становится контрастное сопоставление различных манер. Хоральный напев и обладает для композитора самостоятельной ценностью, и вызывает желание затеять изощренную игру – систематически меняя протяженность мотива имитации (полифоническое временнбе варьирование), ШейшН одновременно отрабатывает принцип жанрового контраста в вариациях на хорал. Это одно из величайших достижений композитора, непосредственно подготавливающее идеи организации барочной хоральной кантаты.