Гармоническая связь музыки и универсума запечатлена на титульном листе I части „Маленьких духовных концертов" Шютца: Гармония, держащая в руках окрыленное человеческое сердце (эмблематический образ души,) указывает на музыку, творимую „небесной капеллой"; уравновешенная Мерой, она составляет основу истинной композиции. Возможность изображения мира основана на том, что музыка

и универсум структурно подобны. Все уровни мировой иерархии выявляют общую систему, везде действуют одни и те же принципы упорядоченности. Стержневое понятие, выявляющее содержание этой системы, – единство. Весь мир мыслится как единство, которому подчинены множество и разнообразие. Мир ощущается выстроенным по принципу всеобщего подобия и тождества. Знаменательны слова Бёме: „Все сотворенные вещи суть единая вещь, но свойства в рождении этой единой вещи создают различие; поэтому, когда я уподоблю человека или льва, медведя,, волка, зайца и другого зверя, равно как корень, траву или все другое, что всегда можно назвать, – все это есть одна и та же вещь" [цит. по: 281, 266]. В барочную музыкальную эстетику от средневековья пришло теологическое объясне-

ние единства. По мысли Веркмайстера, „единство сравнимо лишь с Богом" [252, 39].