Прием сложной дефиниции во многом подобен эмблематической и символико-риторической разработке какого-либо понятия в музыкальной композиции. Подключение эти! дополнительных смысловых и выразительных средств каза) лось критикам барокко „вычурным", „тяжеловесным", но вполне отвечало нормам поэтики „остроумия".

Еще одно свойство „остроумия" – иносказание. „Чтобы по» нять Остроумие, – пишет Грасиан, – следует обозначать понятия не просто и прямо, а иносказательно, пользуясь силой вымысла, т. е. новым и нежданным способом. Подобное выражение присуще поэтическим замыслам: они не истинны, но подражают истине". Остроумию также служат преувеличения.

Преувеличения, переосмысления, контрасты, иносказания и прочие-атрибуты „остроумия" служили искомой сложности выражения, „энергии умственного образа" (А. А. Морозов). ПО! Грасиану, „чем глубже скрыто объяснение, чем труднее erg] отыскать, тем ценней острая мысль; сперва автор пробуждает внимание, возбуждает любопытство, затем в изысканной концовке искусно раскрывает тайну". Этими уст» новками „остроумия" во многом объяснялась широко распр» страненная ребусная поэтика, играющая смыслом и значе» нием.