Основным конструктивным типом становится сочетание двух или нескольких родов, замкнутый жанр заменяется гибридом. Музыкальное барокко превозносит композиции, написанные „в смешанном роде" („in mixto genere"). Их достоинства отстаивает М. Преториус: „Кое-кто не придает значения тому, как важно, сочиняя песнопение, смешивать мотетную и мадригальную манеру. Я придерживаюсь иного мнения: Полагаю, что такое смешение особенно благотворно

для концертов и мотетов; а также служит и способствует грации, когда в начале помещено несколько весьма патетических и медленных размеров, а затем следуют быстрые клаузулы; то снова вмешивается медленное и важное, то опять сменяется быстрым". Практика в „смешанном роде" часто была неосознанной, не выраженной в теоретических декларациях. Называя некоторые „Псалмы Давида" „мотетами" и „концертами", „священные симфонии" – „немецкими концертами", Шютц придерживается именно установки „in mixto genere", но никак не разъясняет свою позицию. Так же поступает и Люлли, относящий к мотетам „Те Deum", „Dies irae", и А. Гранди, не дифференцирующий „кантады" и „арии", и Шейдт, зачисляющий в „духовные концерты мессы, псалмы, называющий одно и то же сочинение „фантазией и „фугой", а в предисловии к „Гёрлицкой табулатуре" упоминающий одновременно мотетную, мадригальную и концертную манеры. Все явления, перечисленные и разобранные выше в связи с определением самого понятия музыкального жанра барокко, связаны – прямо или опосредованно – с практикой „в смешанном роде".