В эпоху барокко подхватывается гуманистическая практика смены имени в зависимости от языка, на котором пишет художник: Петер Пауль Рубенс превращается в Пьетро Пауло Рубенса, Педро в Педро Пауло Рубенса, в Петра Павла Рубения, Генрих Шютц-в Энрико Сагиттариуса, Шульц (Шульте, Шультхайс) – в Преториуса и т. п.

Оппозиция „высокое – низкое", „латынь – народный язык" позднее, в условиях оперного жанра, преобразовалась в противопоставление итальянского родному языку. Чисто барочное решение предлагает в опере „Иоделет" глава гамбургской оперы Р. Кайзер: в спектакле соединяются приемы „высокого" и „низкого" стилей, „серьезной" и комической оперы, которым соответствуют итальянский и немецкий изыки.

В немецкой музыкальной теории основная структурная категория – „гармоническая", „музыкальная триада" („trias harmonica", „trias musica") – предшественница „трезвучия" (категория „Dreik- lang" появится в XVIII в.). И если в XVI в. контрапунктисты создавали обширные таблицы интервальных соотношений голосов, то в эпоху барокко вертикаль впервые осознается как основополагающий цемент гармонии.