Не случайно тот же Дю Файль, описывая ход одного диспута о музыке, заявляет, что ему неведомы иные музыканты, кроме менестрелей, и иные музыкальные формы, кроме различных типов песен rustique.

«Простецкие шансон» представляли собой существенную часть того популярно-менестрельного репертуара, который циркулировал между потешными корпорациями («аббатствами разгула», «конфре- риями дураков») всех слоев общества и был в нем чуть ли ни единственным проявлением целостности в светском аспекте. «Заимствованные из быта среднего сословия, эти мелодии приходились по вкусу также и придворным кругам» [357:376]. Стилистически и функционально они продолжают в известной мере традиции каролы, эстампи, ротруанжа и других родственных жанров, распространенных еще с XII—XIII вв. Все эти популярные песни, чаще рефренные и танцевальные существовали в быту XV—XVI вв. под различными названиями, в том числе «бержеретта», «дансери», «водевир» (Vau de vire), «во(ль)девиль» и т. п. В 1507 г. в тексте моралите «Осуждение трапезы» напечатан перечень девятнадцати шансон, «как музыкальных, так и вольдевильных» (tant de musique que de vaul de ville)382. Водевир — это поначалу нормандское жанровое ответвление тех же «простецких» городских песен, часто связываемое с легендарной личностью уроженца Вира (Нормандия) Оливье Баслена — ре- месленника-сукновала XV в. и полупрофессионального шансонье. Тот же «водевир» усилиями народной этимологии приравнивался впоследствии к «вуа де виль» и к «во де виль» (Vaux de ville) XVI в., уже не связанным с «нижненормандским колоритом», а составлявшим значительный и популярный слой французской городской песенности вообще.