К XV веку набирается внушительный перечень арфистов-дилетантов среди знаменитостей, аристократов и даже монархов. На арфе играли Шарль Орлеанский, его мать Валентина Висконти, а также Ипполита Сфорца — супруга неаполитанского короля го времени «за чтением, пением, дудением, за игрой на арфе

и за другими благочестивыми удовольствиями». От него не не отстал и его внук Джеймс III (1460—1488), — сосредоточившийся на музицировании в ущерб государственным делам, если верить его ворчавшим по этому поводу современникам. Арфистами были, как известно, и английские короли Генри V и Генри VIII.

Арфа была естественной частью образа жизни не только менестреля, но и его публики. Тремя наиболее необходимыми приобретениями для любого благополучного семьянина считались на британских островах «добродетельная жена, мягкое кресло и настроенная арфа».

Несравненно реже помещался в любительский контекст другой столь же распространенный, но уже сугубо профессиональный (ме- нестрельный) инструмент — виела. Точнее здесь было бы говорить о целом ряде: виела, фидель, фиддл и т. п. — этими и другими (всего несколько десятков) синонимами в средние века обозначались все лютнеобразные и гитарообразные смычковые инструменты.

Правда, в изобилии неразличимых наименований  и с трудом соотносимых с ними средневековых изображений проступают относительно устойчивые типы смычкового инструментария. Помимо виелы это еще смычковая «лира» — крут, и ребек — инструмент с грушевидным корпусом. А обширная сфера, связываемая сейчас именно с виелой, включает прежде всего так называемую «средневековую виолу» XII—XIII вв. (при игре располагаемую на коленях) и собственно «средневековый фидель» XIV в., виелу в узком смысле.