А греко-латинское chorea, choro, согеа имело в языке парижан времен Грокейо свой конкретный лексический эквивалент — carole, т. е. «карола»— популярное тогда обозначение песни с танцем вообще. Именно слово «карола» фигурирует рядом с согеа в средневековых переводческих источниках — от глоссариев XIV в. до старофранцузской Псалтири, где латинскому deducemus choros соответствует merrums caroles, и до библейского текста в переводе примерно 1170 года, в котором выражение cantantes chorosque ducentes толковалось как charolantes е juantes е chantantes, т. е. «с каролами, играми и с пением».

В эпосе и в лирике, в песенных текстах и хрониках, в проповедях и рыцарских романах найдем многочисленные упоминания о кароле.

Там фигурирует и карола-песня, и глагольная форма caroler — «каролировать», т. е. «петь-плясать (петь-играть) каролу». «Каролируют» в средневековом обществе все — от куртуазной дамы до молодых вилланов. Это весьма широкое понятие, впервые встречавшееся с XII столетия, не теряло популярности до начала XIV в. При описаниях танцевальных увеселений в сопровождении песни слово «карола» было почти неизбежным.

Поскольку часто персонажи каролируют коллективно, взявшись за руки, а по иконографическим материалам нередко и вокруг дерева, символического «древа жизни», то карола в некоторых современных истолкованиях стала сужаться до понятия хоровода, хороводной пляски и даже круговой хореографии.

Но смысл этого понятия в оригинальных текстах варьировался очень широко — от специального жанрового термина до обозначения увеселения вообще.