Повторы вокализов в песнях Байе не регламентированы: они могут быть и точными, и с вариантными изменениями. Иногда вариантность выражается в новом слоговом распределении подтекстовки, как в песне «Королева цветов» (№ 14); в примере 42 выписано начало первого стиха («а») и четвертого («Ь»).

В песне «Печалюсь и думой охвачен» (№ 99) получился «изоритмический» повтор распева с новым тоновым составом, мотив проведен в свободном обращении.

Особо гротескное впечатление производят выразительные афористичные мотивы, построенные на внесмысловых словообразованиях, звукоподражаниях, междометиях и выполняющие функцию малых рефренов в юмористически-игровых песнях. «Шли девицы из Монфора и нашли на дороге падшую кобылу», — сообщает шансон № 85, но это интригующее начало тут же рассыпается в зауми менестрельного словотворчества.

В способах записи этого напева отражена существовавшая в устной практике привычка гокетирования — один из многих приемов импровизаторского расцвечивания заданного материала, издавна распространенных даже в церковной певческой среде.

Внесмысловые слоги «ми-ми» акцентируют танцевальную формулу, пронизывающую напев. Почти гокетно изложены кличи «henc, henc» в песне № 88 в иных жанровых условиях.

Обнаруживаемые в сборнике Байе жанровые контрасты, соседство пьес фривольных и патриотических, амурных и гротескных, фарсовые акценты, поданные с истинно жонглерским остроумием, виртуозные вокализы и ритурнели, разнообразно взаимодействующие с напевом, а также использование структурных и версификаторских приемов куртуазных шансон предшествовавшего времени — все это отражение профессиональных намерений, нюансов менестрельного замысла, позволяющих догадываться и о многих особенностях результата, о возможных свойствах реального звучания.