В XIV в. во Фландрии таким меценатом стал, например, город Брюгге, оплачивавший менестрельные «съезды» во время поста, например, в 1318 г. магистрат оплатил размещение шпильманской школы в кармелитском монастыре.

К концу XV в. «менестрельные школы» специально уже не созываются, настало время новых возможностей — больших ренессансных празднеств, международных королевских церемоний (государственные переговоры, подписания трактатов и т. п.), при которых практически всегда давался приют съезжавшимся отовсюду музыкантам. А «школой» стали называть либо реликтовые проявления этой традиции, либо преемственность выучки устных профессионалов вообще, в том числе певцов эпоса. Например, специальные «школы» в Сербии для обучения незрячих мальчиков «гудбе» (игре на гусле) и пению, как, например, «слепачка академиа», просуществовавшая в Ириче до 1780 г., или школы бардов в древней Ирландии, кобзарей и лирников на Украине и в Белоруссии и т. п. — все это скорее суммарные обозначения традиций индивидуальной педагогики эпических певцов и мест их обитания231, куда съезжались ученики. В Западной Европе в средние века все ученики и подмастерья тоже жили в доме мастера-принципала на полном его обеспечении.

Выстроив ту же систему обучения и ту же структуру, что и в любом другом ремесленном цехе, менестрельное братство, тем не менее, вовсе не могло претендовать на равноправное положение в корпоративной иерархии. «Третье сословие» тоже не монолитно: сукноделы, например, ставились выше ткачей льна, а в ученики ювелира никогда не принимались сыновья городских пифаров и любых менестрелей, так же невысоко стоявших в тогдашнем общественном укладе, как и цирюльники, члены монашествующего ордена бегинов и даже бродяги. Поэтому музыкантским ассоциациям приходилось постоянно лавировать в сложном процессе взаимоотношений с другими цехами, с феодалами, с городским управлением, чтобы добиться для себя уступок.