Его привнесенность еще яснее в таких случаях, как в пастурели Бода де Лакарьера, опубликованной К. Барчем и П. Обри. Здесь в конце строфы звучит в функции рефрена цитата из какой-то (полностью не сохранившейся) популярной песни, но в каждой из восьми строф цитата своя, совершенно новая как в тексте, так и в мелодии. Вероятно Бод де Лакарьер процитировал восемь разных песен жонглерского репертуара. Вообще материалом для такого цитирования поэтам-труверам служил общий ясно отграниченный менестрельный фонд, ведь нередко одни и те же цитаты обнаруживаются в разных пьесах.

Таким образом, между различными средневековыми жанровыми группами шло взаимное цитирование. Не только в письменности, но и в устной культуре широко развиты навыки заимствований, вставок и аллюзий. Сохранить силу восприятия публикой длинного повествования менестрелю помогали «привнесенные напевы». Если ему во время представления не было необходимости объяснять публике, какую именно песню он цитирует и зачем, то и Грокейо, вероятно, считал себя свободным от задачи подробного определения понятия cantus insertus — «напев-вставка». А поскольку цитировались, как правило, те же рондели и каролы, то повторное их описание не имело смысла. Если рефрен как часть строфы назван у него refractus, то рефрен в смысле «вставка» (цитата) упомянут как cantus insertus.

Перейдя к рассуждениям об «инструментальных формах», Грокейо сразу иронически отбрасывает проблему органологической классификации инструментов как явно надуманную и выдвигает свою, оценочную концепцию разделения инструментария по его тоновым, мелодическим возможностям. Он заявляет: «Некоторые делят музыкальные инструменты по различиям издаваемых ими звуков.