Двумя веками позже будни английских королевских менестрелей, видимо, потеряли былую стабильность, ведь им уже приходилось отлучаться в провинцию на дополнительные заработки и в этих скитаниях вести изнурительную борьбу с конкурентами и дилетантами-самозванцами. Генри VI даже пытался им в этом помочь, объявив в своей хартии от 17.6.1449: «Поскольку множество необразованных крестьян и ремесленников в Англии, выдавая себя за менестрелей, а некоторые, надев придворные ливреи и прикидываясь таким образом королевскими менестрелями, вымогают большие денежные сборы с подданных короля благодаря ливреям и искусству, в коем они хотя и не мастеровиты, но пользуются многими уменьями в будни и получают с этого достаточно денег, разъезжают по праздникам с места на место, имея прибыток, за счет которого полагается существовать не им, а менестрелям короля и другим искушенным в музыке и не занимающимся никаким другим трудом или ремеслом — а посему королем наделяются королевские менестрели Уильям Ленггон (маршал менестрелей), Уолтер Хелидей, Уильям Мейшем, Томас Редклиф, Роберт Маршел, Уильям Уайкс и Джон Клиф правом проведения во всем королевстве, кроме графства Честер, дознаний относительно таких случаев и наказаний виновных с правом вершить суд самим». Положения этой хартии пришли в голову королю и его канцеляристам вовсе не первым, а обнаруживают явную зависимость от более ранних текстов — статутов множества европейских музыкантских братств. Попытка короля обеспечить своим «минстрелз» финансовые привилегии — при их вылазках на заработки за пределы двора — и на этом сэкономить могла иметь успех, только если группа Ленгтона получала право корпорации. А вообще в придворных условиях при благополучном состоянии казны объединяться в гильдию королевским менестрелям не было никакой необходимости.