Собранные на фестиваль силы давали возможность по­казать «круг» Огинского, вводя в структуру вечера жен­ский скрипичный ансамбль Белорусского государственно­го университета культуры и ансамбль старинной музыки — квартет «Воскрешение» (худ. рук. А.Капилов); танцеваль­ные номера: «Полонез», «Вальс», «Мазурку», «Кадриль»; ряд вокальных номеров в исполнении солистки академи­ческого хора Б ГУ К Аллы Прокопени; за фортепиано весь вечер была педагог университета, доцент Е.Ахвердова. «Гос­ти» салона — друзья Огинского* были исполнителями эпи­столярных и дневниковых текстов Михаила-Клеофаса, сти­хов Адама Мицкевича, а также кратких комментариев сце­нического действия.

Под негромкое звучание фортепиано затемненная сцена постепенно набирала освещение: лакей в ливрее обходил полукружие канделябров на высоких подставках-полуколлонах и зажигал свечи. За инструментом, на кото­ром также был зажжен канделябр, сидел восьмилетний Михаил. Рядом — учитель Юзеф Козловский (будущий профессор-органист и дирижер, автор цикла «Русские пес­ни»), Постукиванием палочки он время от времени оста­навливал мальчика, и тот повторял пассажи.

Но вот световой фокус перемещался на молодого чело­века, подошедшего к фортепиано. Он начинал рассказ об Учителе и Ученике. Андрей Цыра исполнял «Вальс» Михаила-Клеофаса, и белоснежные пары танцо­ров делали круг по сцене. Загорались канделябры у порта­лов, к колоннам подходили скрипачки, в центре полукру­жия располагались виолончелистки, — звучал торжествен­ный полонез ре-мажор Огинского.

Молодой человек в образе Михаила-Клеофаса вспоми­нал (наложением на музыку): «Этот полонез я сочинял, гуляя по саду. После долгой разлуки с наслаждением вся­кий раз погружался я в его тишину, ликовал, общаясь с природой…»

Продолжает звучать полонез, в финале которого — на­ложением топот копыт и звуки проезжающей кареты.

«Но дорога была моею судьбой, карета — вторым до­мом. В ней я обдумывал события и дела, сочинял, записы­вал и даже встречался с друзьями, когда не было времени на остановки».

Из-за кулис доносился оживленный разговор, на сцену выходили «гости», рассаживались дамы, за спинками их стульев учтиво останавливались мужчины. Продолжались воспоминания, танцы, музицирование.