Постепенно, едва уловимо для зрителей, океанический мир исчезает. На арене — большая серая масса аборигенов, еще не осознавшая себя обществом, но единая и потому даже опасная. Пригнувшись, аборигены стремительно дви­жутся вперед, ритмично притопывая под барабаны, без особой цели, но фанатично. За безликими мужчинами бо­лее яркие женщины с красными повязками на головах.

Аборигены выполняют обряд добывания и возжигания Огня. В Австралии, где большую часть суши занимают пус­тыни, огонь способствует сохранению органических ве­ществ, произрастанию растительности: трав, деревьев, цветов. Вот почему главная часть обряда — вызов духа Огня Межиры (над стадионом возникает его масштабное изо­бражение). Один за другим вспыхивают пирофакелы. Вот уже их сотни, тысяча! Стадион буквально пылает от огня!

От ликующей толпы отделяется абориген Великан, ко­торому суждено стать важной символической фигурой в представлении. Не торопясь, величественно он движется навстречу зеленому шествию.

Следующий эпизод сохраняет форму карнавала, напол­ненного целой системой аллегорических образов. В широко распахнутых, точно крылья бабочки, сторонах мощного тем­но-зеленого листа обнаруживается стебель-человек. В ди­намичном танце-вращении он захватывает другие листья, цветы, бутоны которых раскрываются переливами всех от­тенков. Танцор же – сердцевина каждого цветка. Карнавал растений с преобладанием золотисто-зеленого колера, характерного для Австралии, завершается своего рода «вая­нием» огромного, яркого диво-цветка Варатап — талисмана штата Новый Южный Уэльс (где проходили Игры).

Именно таким увидел мореплаватель Кук открытый им остров. Он въезжал на некой высокой конструкции с ог­ромными колесами и столбом, напоминавшим мачту ко­рабля. В руках Кука – подзорная труба и большая толстая книга. По мере его продвижения с «корабля» раздавался сигнал и выстрел огненным фонтаном из «мачты». Тотчас в ответ вспыхивали сотни других пирофонтанов. На трибу­нах засветились 110 ООО свечей…

Таким образом, мы видим, что каждый из двух эпизо­дов первой части действа завершается огненным шоу, воз­никавшим по логике драматургии: вначале — добывание огня, затем — огнестрельный сигнал с первого посетив­шего остров корабля.

Отсюда вполне оправданно вытекает содержание II час­ти, названной «Металлическая симфония». Металлический корабль, говоря условно, инициировавший развитие кон­тинента, в частности технической мысли его жителей, становится идеей-символом, который на наших глазах бу­дет разрастаться в многогранный образ-метафору во славу технического прогресса.