В числе организаторов состязаний необходимо в пер­вую очередь назвать литургов (или хорегов), деятельность которых называлась литургией, т.е. общественной повин­ностью, возложенной на имущие слои населения (наряду с обязанностью оснащать суда, строить мосты и т.д.). Они несли затраты по всесторонней подготовке атлетов к иг­рам, включая костюмировку и все материальное обеспе­чение церемониалов, контроль за проведением которых лежал на элланодиках (судьях). Обрядами занимались жре­цы. Глашатаи, трубачи, чтецы текстов клятвы играли важ­ную роль лиц, ведущих как церемониалы, так и весь про­цесс состязаний.

Олимпийское празднество наступало в первый день первого новолуния после летнего солнцестояния. По со­временному календарю — это в конце июня — начале июля, а по последним расчетам ученых — между 11 и 16 июля.

«Первое утро игр возвещал серебряный глас трубача. Его сигнал пробуждал жрецов, элланодиков, атлетов и хорегов — состоятельных граждан полисов, бравших на себя расходы по организации церемоний и состязаний, устрой­ству послов государств и паломников. Трубный призыв еще трижды улетал к вершине холма Кронион, призывая по­торопиться на традиционные обряды и церемонии».

Во всех уголках святилища возжигали огонь на алтарях, временных и постоянных. Последние складывались четы­рехугольной каменной кладкой, нередко из мрамора рез­ного, и ставились не прямо на землю, а на возвышении — ступенях под открытым небом, чтобы дым сжигаемой жерт­вы беспрепятственно поднимался вверх — к богам. Их рас­положением старался заручиться каждый в то утро.

Главный огонь разводили у большого алтаря Зевса, рав­ноудаленного от храмов Г еры и Зевса. Пламя на этом жерт­веннике считалось священным. Ведь оно было когда-то в исключительном владении обитателей Олимпа, пока его не похитил и не передал людям Прометей.

К подножию семи метрового алтаря Зевса подводили жертвенных животных. Их украшали лентами-повязками и венками. Иногда золотили рога. Считалось приличествую­щим представлять жертвы богам в таком виде. В жертву приносили всех домашних животных, которых сами упот­ребляли в пищу. Но различали, какому божеству какое угодно: петух и курица — Асклелию, гусь — Аресу, коза — Дионису, корова — Афине, овца — Артемиде.