Так встречал Олимпийский оркестр почетных гостей и 11000 атлетов из 199-ти стран мира. Уходя, он продолжал играть, а на беговые дорожки под марш выходили коман­ды спортсменов. Начинался парад, который возглавляла Греция, хозяйка следующей Олимпиады — 2004 года. Он длился 80 минут. Валерий Штейнбах шутя назвал его «со­стязанием модельеров» — настолько разнообразны, эле­гантны у мужчин и эффектны у женщин были костюмы и платья. Посланцы Беларуси шли в светло-бежевых костю­мах в составе 140 человек.

Затем — выход официальных лиц, вынос олимпийско­го флага, торжественные слова, подъем флага, Клятва и начало факельной эстафеты на стадионе.

Как и всё, факельная эстафета в Сиднее была весьма необычной. В первую очередь, это было связано с тем фак­том, что самый важный традиционный ритуал — выпол­нение последнего этапа эстафеты и зажжение священного Огня Олимпийских игр — был отдан впервые в их истории женщинам. Объяснить это можно, по всей вероятности, двумя причинами: первая — только 40 лет назад австра­лийские женщины были уравнены во всех правах с муж­чинами; вторая связана с открытым письмом федерации женщин, опубликованном в Париже накануне Столетней Олимпиады. В нем говорилось о «сегрегации по признаку пола», практикуемой в некоторых странах под предлогом культурных, религиозных и даже политических традиций.

Зрители Игр в Атланте, очевидно, обратили внимание на то, что последние два отрезка эстафеты на Олимпий­ском стадионе факел проносили женщины. Австралийские организаторы пошли дальше: семь женщин завершали са­мую длинную факельную эстафету — от Олимпии до Сид­нея. На первом участке пути на стадионе «Австралия» го­рящий факел провозила под рукоплескания трибун одна из старейших чемпионок континента (в инвалидной коля­ске). Последующие, более длинные отрезки — еще 6 олим­пийских чемпионок. Слова клятвы произносила чемпион­ка молодого поколения. И, наконец, священный Огонь XXVII Олимпиады доверено было зажечь двукратной чем­пионке мира в беге на 400 м австралийке Кэти Фримен.

Сама пробежка Кэти с факелом, подъем по крутым ступеням к самому верху белой эстрады доставили зрите­лям эстетическое удовольствие. А дальше произошло то, чего никто не ожидал: спортсменка приблизилась к чаше, в которую падала вода, вошла в самый центр ее, высоко держа горящий факел, и затем подожгла горючую смесь, обвившую языками пламени края огромной чаши. В сле­дующее мгновение Кэти «исчезла» —
лифт опустил ее вниз, оставив на «гребне» стадиона пылающий круг. Огонь от­крытия дополнили салют и фейерверк.

У летописцев Олимпийских игр по отношению к Олим­пиаде в Сиднее много раз повторялось слово «грандиоз­но», начиная от нового, небывалых размеров стадиона и заканчивая рекордным числом атлетов и стран-участниц. По свидетельству В.Штейнбаха, «… торжественное закры­тие последней Олимпиады второго тысячелетия было гран­диозным. Фейерверк превзошел все, что было ранее: фантастическое, красочное зрелище в духе нового космиче­ского века. Огромные куклы, которые ходили по стадиону между людьми. Большущее табло, на котором мелькали самые яркие кадры Игр XXVII Олимпиады. И музыка, тан­цы, песни… Праздник закрытия длился долго, до самого позднего вечера, а город гулял всю ночь».

В заключение следует сказать следующее: если XXVI Олимпиада в Атланте явилась достойным заверше­нием Олимпийского века новой эры, а праздник Откры­тия показал, как можно сохранять и в то же время разви­вать традиции, то Открытие XXVII Олимпиады в Сиднее явилось образцом высочайшего постановочного и драма­тургического мастерства и во всех отношениях оправдало свое название «millenium».