Параллельно с этим, эпизод за эпизодом, раскрыва­лись литературные метафоры стихов, образная символика мыслей поэта. В каждом конкретном случае необходимо было искать сценический эквивалент им, иными словами — решать номер. Смысл заключался в том, чтобы образ са­мого Максима Богдановича произрастал и вырос колос­сом из этих стихов.

Кто же он — такой юный и такой глубокий? Поэт, тос­кующий по незнакомой Родине и готовый прийти на по­мощь «униженным и оскорбленным». Человек, который, познав свою Родину, без колебаний выходит на передо­вую борьбы за нужды бесправных и социально незащи­щенных людей (и это при тяжелейшей стадии туберкуле­за!). Нежный и бесконечно добрый певец Женщины — ма­тери, сестры, любимой — Мадонны. Поэт, у которого труд­но найти стих, лишенный поэтической образности. Не случайно 57 произведений Богдановича положены на му­зыку.

Нет сомнений, что образ «моцнага гордага птаха», пожертвовавшего собой ради спасения множества слабых собратьев, не что иное, как поэтический автопортрет самого Богдановича. Придав этим названием идейно-художественный смысл всему вечеру и обозначив его сценическую метафору, мы убедились в не­обходимости открыть представление хоровым чтением этого шедевра. Низкий и теплый женский голос вел «сольную партию» (главные стихи), его поддерживала группа муж­ских и женских голосов в сопровождении цимбального оркестра.

За левым и правым порталами, вдоль кулис, во всю высоту сцены спускались два широких декоративных руш­ника. Между ними – в центре – пандус. На фоне дальнего светло-голубого суперзанавеса (№2) «парит» белый лебедь.

На пандусе, восходящем от авансцены к суперзанаве­су, возникает мужская группа чтецов в белорусских вы­шитых рубахах, которую полукружием охватывает деви­чий хоровод в длинных серых платьях с национальным орнаментом. Плавно двигаясь под мелодию цимбал, де­вушки исполняют короткую танцевальную заставку, а за­тем, застыв в полукруге, начинают хоровое чтение. В фи­нале произведения группа на пандусе раздваивается, под­готавливая выход Максима. Спускаясь по пандусу на аван­сцену, поэт проходит к правому порталу и присаживается за стол с настольной лампой и разложенными листами рукописей…

Группы участников представления размещались следую­щим образом. Максим писал и читал за столиком, перехо­дя на чтении наиболее ключевых стихов в центр авансце­ны или на пандус. Отец и Петр для общения с ним выхо­дили на пандус из глубины сцены или из-за порталов.