Зато певцы могут петь своим нормальным голосом без ми­крофона. Если же голос у них сильный, но некрасивый, то к преподаванию пения их не привлекают, а направляют в Глав­ное управление погоды, в отдел производства искусственной грозы и грома.

У нас были устрашающие периоды, когда на всех концерт­ных площадках царила эстрада. Все радио- и телевизионные передачи были расцвечены и окаймлены джазовой музыкой, будь то передача для детей или пенсионеров, выступал ли кол­хозник или академик.

Но этот «ледовый период» закончился очень оригинально. Классику начали слушать потихоньку. Это было крайне притяга­тельно, поскольку происходило втайне. Параллельно с этим в укромных уголках (на чердаках, в подвалах, в чаще леса) на­чали заниматься серьезной музыкой. Увлечение превратилось в эпидемию. Скрипка вновь стала народным инструментом. До­машнее музицирование вошло в большую моду.

Ведь каждый человек хочет действовать сам. Даже возмож­ность с помощью совершеннейших аппаратов различных систем слушать все, что угодно, не компенсирует потребности музици­ровать самому (так же, как многие люди, не ставя рекордов, просто ради удовольствия занимаются подходящими для себя видами спорта).

Нет ничего удивительного, что приемные экзамены в Школу подготовки высших государственных служащих могут выдер­жать только те, кто умеет рисовать, знает литературу, имеет разряд по легкой атлетике или заменяющему ее теннису, а также владеет скрипкой. И вот результат: 83,8 % населения поет в хорах и играет в оркестрах.

Стены репетиционного здания обладают, конечно, звукопо­глощающими свойствами. Для этого используются панели из тяжелого воздуха. Как известно, когда-то возводили «звуконе­проницаемые» стены и достигли при этом высоких результатов, особенно — в экспериментальном порядке — при строитель­стве Таллинского Дома композиторов.

Как мы относимся к творчеству молодых, к их поискам?

Мы твердо убеждены, что заниматься творческим экспери­ментированием должны старшие (конечно, в звуконепроницае­мых лабораториях). А молодым необходимо познакомиться прежде всего с тем, что было до них, чтобы не тратить зря время, заново изобретая ножи и вилки. Впрочем, один из на­ших композиторов провел любопытный опыт. Он создал Деся­тую симфонию Бетховена. Поскольку она почти так же хороша, как предыдущая, ее слушают с интересом.

У нас маститые уважают молодых, а иногда даже и на­оборот.