Не перед зеркалом учится певец «делать лицо», нужное для той или иной песни, а дирижер — отбивать такт. И это и все другое приходит с основательным изучением произведения.

Как спортсмен перед соревнованиями делает разминку и разогревается, так и хормейстер должен после распевания про­верять душевные возможности хора.

Нередко подлинное творческое состояние достигается в конце концерта, когда слушатели хорошенько помогли этому. Но нужно сознательно упражнять свои способности, чтобы уже первые фразы получали полноценную, реалистическую разра­ботку.

Дешевых и весьма-таки громких аплодисментов можно до­биться, плетясь в хвосте у слушателей,— но это не надолго.

Вряд ли хоть в одном учреждении, организации или колхозе есть свой хормейстер, заработок которого был бы хоть при­близительно равен заработку тракториста или свинарки. А ведь

иной хормейстер учился своей специальности больше де­сяти лет.

Смотри, чтобы все четыре колеса были в «боевом порядке» и не скрипели бы от всякой смазки. Особенно после получки.

Именно хормейстер сближает, сплачивает музыкальное ис­кусство и народ.

Много есть очень требовательных музыкантов, которых все- таки не удовлетворяет теперешний уровень наших концертных хоров. Они объединяются в камерные хоры, которые дей­ствуют в Таллине, Пярну, Вильянди. Пусть они вскоре возникнут в каждом районе. Пусть в них участвуют также хормейстеры, учителя музыки. Тут в зародыше — послезавтрашний подъем музыкального искусства.

Когда мы хвалим школьных хормейстеров, давайте не забу­дем упомянуть и имена директоров школ. От них зависит, есть в школе музыка или нет.

У нас есть интересное явление — действует уже несколько лет хор хоровых дирижеров, состоящий из двухсот пятидесяти человек. Адреса участников? Любая точка на карте Эстонии. Два-три раза в году они собираются и отшлифовывают разу­ченные дома песни. К настоящему времени даны уже десятки концертов, в том числе в Москве, Риге и других городах. Это предприятие имеет глубокий смысл. Люди учатся чувствовать новый репертуар «на своей шкуре». Полученный опыт через певцов-хормейстеров разносится по всей стране. И репертуар тоже. Работа хора превращается в постоянные курсы или семи­нар хормейстеров. Таких хоров пусть будет столько, чтобы в них могли участвовать все композиторы, хормейстеры и пре­подаватели музыки.

Вершины непременно должны быть. Ведь они — словно ле­доколы, выводящие весь караван на простор вод.

И наконец, главным отчетом хора пусть будет только песня.