Еще чаще эту задачу выполняли четыре инструмента— два мелодических (скрипка, флейта или гобой),

один басовый смычковый (гамба или виолончель), а также импровизирующий гармонии клавесин. Такая практика продолжалась долго: даже среди ранних композиций Гайдна и Моцарта есть Трио для двух скрипок и баса, то есть, на самом деле, для трех смычковых и continuo.

Смычковый оркестр, представляющий собой костяк симфонического оркестра, сформировался в XVII веке, параллельно с распространением скрипки. В версальском оркестре Люлли ансамбль из 24 смычковых дополнялся трио духовых из 2 гобоев и фагота; эти инструментальные группы играли то вместе, то поочередно. Такое же противопоставление существовало и в итальянской музыке, но там вместо духовых из смычкового оркестра выделилось концертино, состоявшее из двух скрипок и виолончели. В обоих случаях связывающим звеном было постоянное звучание клавесина.

Идеалом культуры звучания эпохи барокко был орган — этот «король инструментов»; он влиял и на манеру оркестровой игры. Принцип разделения регистров и одновременно динамических ступеней проявлялся в чередовании и противопоставлении инструментальных групп. Каждый музыкальный фрагмент звучал от начала до конца в одном нюансе — или громко, или тихо, и тембр, то есть сочетание инструментов, в это время тоже существенно изменяться не мог. Маленький ансамбль концертино или трио деревянных духовых так относились к смычковому оркестру в целом, как один органный регистр к другому.

Расцвет самостоятельной инструментальной музыки не означал, что она с самого начала воспринималась как равноправная с традиционными вокально-текстовыми жанрами.