Она заставила меня почувствовать, что в глубине своей я тангеро… И все, что я тогда имел против танго, обернулось внутри меня в его пользу» . Проникнутый новыми идеями, Пьяццолла в эти годы создает такие произведения, как «Три минуты с реальностью» для челесты, бандонеона и струнного оркестра, «Танго-балет» для инструментального октета, «Человек эскины» для певца-солиста, чтеца и камерного оркестра, камерную оперу «Мария из Буэнос-Айреса» на либретто Орасио Феррера, написанную в форме кантаты и использующую различные жанры городской музыки Буэнос-Айреса. В этих и последующих произведе-ниях Пьяццоллы, как в «Вальсе» или «Болеро» Мориса Равеля, передавших атмосферу духовного кризиса в Европе на переломе веков, воссоздавалось не само танго как танец, а его смятенный образ, дух, отразивший пришедшее осознание того, что аргентинская реальность есть насилие, а не искусственно созданный рай. «Жизнь в Буэнос-Айресе, в этом монотонном, уродливом, эгоистичном, жадном, полном предрассудков, лишенном духовных и религиозных интересов Буэнос-Айресе — трагедия, настоящая трагедия», — писал об этих годах аргентинский писатель Мануэль Гальего . Этим состоянием душевной тревоги, нервного импульса, которым живет ночная жизнь огромного города, проникнуты многие сочинения Пьяццоллы.