И хотя в разных странах Латинской Америки он проходил по-особому и не всегда равномерно, его общая направленность была одинакова: от «фольклорного этнографизма» к стилизации типичных элементов народной музыки и далее к синтезу академических европейских форм и современной композиторской техники с национальной тематикой и музыкальным языком. Вплоть до начала 1930-х годов в Латинской Америке еще не сложились национальные композиторские школы в полном смысле этого слова, но некоторые страны, такие, как Аргентина, Бразилия, Куба, Мексика, обладающие наиболее богатыми музыкальными традициями, уже вплотную подошли к этому рубежу.

К проблеме историко-культурной самобытности Латинской Америки

Творчество охарактеризованных выше композиторов находилось на грани двух эпох, но скорее завершало предыдущую, нежели открывало новую. При всем демократизме и национальной характерности их музыки ей недоставало той степени общественной значимости, той глубины, стихийной силы, которые позволили бы ей эстетически возвыситься до уровня мощных социальных сдвигов, происходивших в то время в Латинской Америке, и отразить их. Не-обходимы были новые, более глубинные связи профессионального и народ-ного искусства, которые могли бы дать импульс к созданию отмеченных подлинным национальным своеобразием и идейно значительных произведений.