Стравинский, Прокофьев, Барток находили, в общем, аналогичные пути к решению проблемы новаторского тематизма, связанного с архаикой. Возвращаясь к истокам возникновения самой музыки из коллективного движения людей, объединенных общей работой, танцем или действием ритуального плана, композиторы пришли к воплощению в музыке примитивного моторно-танцевального начала, созданию ритмотем, основанных на пульсации одного и того же созвучия, преобладанию ударности, остинатных повторов. Истоки этой стилевой общности, как известно, двойственны — они находятся как в архаичных пластах фольклора, так в музыкальном профессиональном искусстве доклассической эпохи, объединяясь эстетическими тенденциями развития музыки в начале XX века.

В свете этих тенденций индейская народная музыкальная культура становится в ряд других, весьма далеких от нее во времени и пространстве культур. Пентатонные и натуральные лады индейской музыки близки старым архаичным ладам многих народов европейского континента. Использование их в профессиональном творчестве сообщает черты стилевой общности творчеству композиторов, которых трудно заподозрить в каком-либо влиянии или взаимовлиянии. Общие точки соприкосновения музыки Чавеса с музыкой его «более великих» современников еще не говорят о несамостоятельности его решений.