Постоянное сопоставление и противопоставление в данной работе понятий национального и европейского, национализма и универсализма не является прихотью или плодом какой-то навязчивой идеи автора. Оно вызвано объективными особенностями исторического формирования культур стран этого региона и является осью всех дискуссий по вопросам искусства в тех слу-чаях, когда речь идет о проблемах идентичности, поисках своего, отличного от других взгляда на мир. Если в Европе такие понятия, как «национальная ком-позиторская школа» или «проблема народности», давно и многократно разъяс-нены, а дискуссии по этим вопросам уже принадлежат истории, если при оп-ределении достоинств того или иного художника, композитора или писателя в первую очередь обсуждается его индивидуальное мастерство, глубина раскры-тия образов и явлений действительности, а также его принадлежность к тому или иному идейно-эстетическому направлению, а национальные черты его произведений аксиоматичны (скажем, Шостакович — русский композитор, Мессиан — французский, Шёнберг — плод немецкой культуры и т. д.), то в Латинской Америке поверх всех этих, без сомнения, важных соображений встает проблема национального и степени самобытности произведения в сравнении с его европейскими прототипами, включая сюда всю гамму понятий от европеизма до космополитизма. Проблема сохранения своеобразия, или идентичности стала одной из важнейших проблем, которую сознательно или бессознательно пытаются решить и во многих случаях успешно решают деятели латиноамериканской культуры на протяжении всего XX века.