Следует заметить, что Энрикес мастерски писал и в традиционной технике, если этого требовала какая-то определенная задача, о чем свидетельствует его «Концерт барокко» для двух скрипок, струнного оркестра и клавесина (1978), где мы встречаемся с интонациями и ритмами танго.

Несмотря на частое употребление Энрикесом открытых форм, предпола-гающих свободу исполнительской интерпретации, по характеру композитор-ского мышления его можно уподобить строителю, собирающему свое здание по хорошо продуманному плану. Свободные импровизационные эпизоды че-редуются у него со строго фиксированными сериальными построениями. «Я должен был убедить самого себя в необходимости включить каждый новый элемент в мой музыкальный язык, чтобы найти средства самовыражения, — объясняет он свой метод. — Я должен был глубоко продумывать графику, что-бы она была по возможности ясной и простой… Сегодня каждый композитор создает свою собственную форму… Я не пишу современную музыку в стремлении создать нечто экстравагантное: я это делаю, чтобы выразить мои эмоции, мои переживания, мои волнения. Если публика находит мою музыку экстравагантной, это происходит вопреки моим намерениям». Энрикес отдает себе отчет и в том, что «авангардная музыка никогда не будет принята широкой публикой. Однако есть меньшинство слушателей, которое сформировалось из интеллектуалов, снобов и профессионалов, заинтересованных в новой музыке. Неизвестно, какие повороты ожидают музыку авангарда в будущем. Однако никто из нас не считает себя рабом никакой системы».