Не случайно перу Гуарньери принадлежит множество вокальных и инструментальных миниатюр лирического плана — свыше ста романсов и песен, в которых явственно различаются элементы креольской, индейской и афробразильской музыки; ряд пьес в харак-терных ритмах бразильских танцев и песен — лунду, машиши, тоады, модиньи, сиранды; серия «Понтейюс» — пятьдесят фортепианных пьес, воспроизводящих типичный характер и особенности народного музицирования на виолане (так в Бразилии называют шестиструнную гитару). Приведем здесь фрагмент «Понтейю № 44», живописующий состояние безутешной тоски (desconsolado), столь характерное для креольского романтизма:

Вызывает интерес также «Понтейю № 49» («Посвящение Скрябину»), в котором схвачен дух скрябиновского трагизма. Примечательна авторская ремарка torturado («мучительно») и вполне бразильское синкопирование в ритме самбы:

Камарго Гуарньери — композитор-традиционалист, твердо придержива-ющийся классических форм. Он мастер контрапункта, и полифоническое на-чало господствует во многих его произведениях большой протяженности. Вместе с тем «в отличие от своих предшественников и даже современников, Камарго Гуарньери не шел от европейской музыки к бразильской, напротив, начал уже вовлеченный в бразильскую музыку и в этой атмосфере продолжал свое развитие»26. Индивидуальный почерк Гуарньери сочетает черты национального романтизма с неоклассицизмом формы и фактуры.