Этот и другие эпизоды сопряжения модернистских элементов музыкаль-ного языка с романтической образностью роднят Ревуэльтаса с Вилла-Лобо- сом. Не стремился он также к новациям в области формы. Ревуэльтас имеет обыкновение в своих симфонических поэмах использовать традиционную сложную трехчастную или вариантную форму, избегая разработочного способа развития. С этим связан нередко высказываемый в адрес композитора упрек по поводу отсутствия в его музыке настоящего симфонизма. Как обычно критично настроенный Майер-Серра замечает, что в его поэмах «мелодичес-кий материал неупорядочен в каком-либо конструктивном плане, музыкаль-ные идеи, почти всегда имеющие фольклорные истоки, выстраиваются в ряд отдельных эпизодов, не связанных между собой и прерываемых часто каким либо резким и блестящим, по преимуществу металлического тембра воскли-цанием, быстрым пассажем, глиссандо или гротескно искаженным мотивом» . Иными словами, в момент, когда традиционный симфонист начал бы развитие материала, Ревуэльтас предпочитает резкую смену ракурса, подобно тому как это происходит в кинематографе. Представляется, что его якобы «неумение» строить объемные симфонические полотна, скорее, нужно понимать как нежелание, поскольку, когда этого требует творческая задача, как, например, в поэмах «Плоскости» и «Сенсемайя», в ряде фрагментов к кинофильмам, то есть там, где появляется конфликтное столкновение образов, возникает и интенсивная тематическая разработка.