Этим танго отличается от других танцев — румбы, самбы, излучающих эмоции положительного заряда. По-настоящему почувствовать внутреннее содержание этого танца может, по мнению аргентинцев, только житель прибрежной зоны Буэнос-Айреса — портеньо, европейцам этого понять не дано. Эрнесто Сабато говорит: «Портеньо, танцуя танго, размышляет о своей судьбе или о смысле жизни. Только иностранец может использовать танго для беседы и развлечения. Для портеньо танго — выражение тоски по любви, общению, постоянная ностальгия» . Вот мы и добрались до ключевого слова латиноамериканского мировосприятия — ностальгия, — именно это удалось выразить танго как никакому более другому танцу.

Дадим еще раз слово представителям родины танго. «Ностальгия — одна из самых глубоких черт характера тех, кто родился на этом берегу Ла-Платы, — говорит Хосе Барсиа. — Чувствительность глубоко заложена в нас, и внешние жесты, поза тщетно пытаются ее скрыть. Таково и танго. Его слова, звуки вызывают в памяти неустойчивые, овеянные грустью образы города, который был и которого нет: окраина, немощеные улочки, тусклые газовые фонари, виноградные изгороди, конвентильо, ссоры и потасовки как непременный эпилог праздников с участием компаний воинственной молодежи, кабаре, девицы со своими кавалерами — все, что было когда-то в Буэнос-Айресе, все это принадлежит исключительно танго…