Как Эйтор Вилла-Лобос в музыкальной жизни послевоенной Бразилии, так и Карлос Чавес в Мексике суммировал в своем творчестве 1945—1978 годов полувековые искания мексиканской профессиональной музыки. В произве-дениях позднего периода творчества Чавес пришел к искусству глубоко интеллектуальному, говорящему о вечных проблемах, волнующих человека. И если этим сочинениям Чавеса иногда недостает той непосредственности, естественности выражения, которыми, в сочетании с ярко выраженным национальным характером звучания, были отмечены лучшие произведения композитора предшествующего периода, то не подлежит сомнению их высокогуманистическая направленность, свидетельствующая о том, что художнику есть что сказать людям, есть необходимость вести с ними серьезную беседу языком своего искусства.

Карлос Чавес не мог остаться в стороне от полемики между «националистами» и «универсалистами». Более того, и своими отдельными высказываниями, и некоторыми произведениями последних лет он способствовал формированию противоречивых и зачастую неверных толкований его творческой позиции. На страницах одного и того же сборника ЮНЕСКО встречаются самые противоречивые мнения о Чавесе: «Чавес считал, что только посредством тотального национализма Латинская Америка может сделать реальный вклад в мировую музыку», — утверждает М. Локателли де Пергамо .