Эти пьесы по своим качествам по-мексикански величественны и благородны, но это индейская Мексика, стоическая, застывшая и мрачная, как живопись Хосе Клементе Ороско» .

Несмотря на свое абстрактное название, музыка очень экспрессивна, полна острых драматических контрастов. Что это за многоугольники? Древние пирамиды ацтеков или современные небоскребы? Скорее, и то и другое, сосу-ществующее сегодня в Мексике. Воля, суровость, несгибаемая сила предков возрождаются, сливаясь с образами современности. Многоугольники циви-лизации полны властной и неумолимой силы.

К произведениям, указанным выше, примыкает и цикл Десять прелюдий для фортепиано (1937) — уникальное явление в мировой литературе. Это своего рода декларация творческого метода композитора, торжество принципа экономии выразительных средств, добровольного самоограничения, стремления достичь максимума выразительности при минимуме возможностей. Все прелюдии написаны в натуральных ладах, базирующихся на звукоряде гаммы ля минор. Исключение составляет лишь последняя прелюдия, проходящая в лидийском ля мажоре и обобщающая весь цикл. Как замечает Р. Стивенсон, «только Чавес мог суметь написать 20 страниц прелюдий без единой ноты, ко-торая была бы вне гаммы до мажор» .