Американцы (не только латиноамериканцы) вкладывают особый смысл в такие понятия, как универсализм, интернационализм, европеизм, американизм, остро чувствуют смысловые различия между ними. «Мы, американцы, когда говорим „универсализм", думаем, — „европеизм", — пишет Г. Чейз. — Мы должны, напротив, думать, что „европеизм" есть то же самое, что „амери-канизм", это всего лишь одна фаза универсализма» . Таким образом, Чейз подчеркивает двойственную роль европейской культуры для Америки: с одной стороны, она является элементом американской, с другой — внешним фактором универсального значения, активно воздействующим на последнюю.

Однако и Чейз, и многие другие исследователи латиноамериканской музыки используют термин «универсализм» в его другом, вненациональном смысле, противопоставляя его «национальному». В недавнее время «у наиболее раз-витых наций, — пишет Чейз, — возникла новая диалектическая ситуация, в которой композиторы столкнулись с тезисом „национализма" и антитезисом „универсализма"» . Здесь мы имеем дело со вторым, более узким пониманием универсализма как музыкального течения, возникшего в начале XX века в твор-честве композиторов нововенской школы и положившего начало авангардизму. В этом случае новые виды композиторской техники — додекафония, сериа- лизм, алеаторика и т. п. — трактуются в качестве средств универсального му-зыкального языка, и такой универсализм в глазах латиноамериканцев становится явлением, противостоящим национальному.