Онеггер живет в сложном мире идей, в котором скрещиваются духовные запросы, волнующие его вечными проблемами бытия, претворяющиеся в его творческом создании в привычные, традиционные библейские и античные образы, и интересы, порожденные окружающей его действительностью, на которые он откликается не менее живо. Дух современности пронизан динамизмом; научный и технический прогресс, культ машин воспринимаются под знаком прагматики и практицизма; повышенный жизненный пульс находит себе выход в увлечении спортом. Динамизм и спорт не чужды здоровой, деятельной натуре Онеггера. Он сохраняет верность юношеским увлечениям спортивными играми,— рэгби, плаванье, автомобильный спорт заполняют его досуг на протяжении многих лет. Стремительный бег и мощь машин восхищают его с детства, особую слабость Онеггер испытывает к локомотивам, модели их разновидностей он коллекционировал и в зрелые годы.

В «Pacific 231» и «Рэгби»—симфонических пьесах, которым Онеггер дает подзаголовок «симфоническое движение», апология динамизма машины и спортивной игры находит свое воплощение в продуманной музыкальной композиции, структурная четкость которой главенствует над «программностью» и конкретно-образным импульсом.

«Pacific 231» был впервые исполнен 8 мая 1924 года. С. Ку- севицким в концерте симфонической музыки в помещении Grand Opera и произвел фурор. Необычайно быстро он стал одной из самых популярных среди пьес молодых авторов, покорил широкие круги слушателей и завоевал Онеггеру международную славу. «Pacific» воспринимался как олицетворение духа современности, вокруг него и его содержания возникали легенды, поддерживаемые критикой. Многие годы Онеггера знали прежде всего как создателя «Pacific» подобно тому как в Равеле видели прежде всего автора «Болеро», что немало их раздражало.