В начале 30-х годов во Франции в кругах историков, литераторов и театроведов наблюдается повышенный интерес к культуре, искусству и особенно театру Средневековья. Появляются многочисленные исследования, читаются в Сорбонне специальные курсы лекций, посвященных Средним векам, посещаемые не только студентами, но и широкими кругами парижской интеллигенции. Студенты с увлечением восстанавливают в своих любительских постановках образцы средневекового театра, народные действа и мистериальные представления. В апреле 1934 года Ида Рубинштейн присутствует в Сорбонне на студенческом спектакле народного «Действа об Адаме и Еве» типа миракля, который наводит ее на мысль воссоздать подобного рода мистериальную народную драму и показывать ее в широко доступных спектаклях, переезжая из города в город по всей Франции. Ида Рубинштейн делится своими замыслами в беглой беседе с Онеггером и Жаком Шайей1 (последний был инициатором студенческих представлений в Сорбонне), одобряющими ее намерение. Иде Рубинштейн принадлежит инициатива выбора темы народного спектакля — он должен быть посвящен Жанне дАрк, к его осуществлению она решает привлечь. Поля Клоделя и Онеггера. Клодель далеко не сразу откликается на это предложение: тема кажется ему грандиозной, трудной для воплощения, так как героиня — историческое лицо, а жанр требует «чудес». Но, по-видимому, образ Орлеанской девы запал ему глубоко в душу, ибо некоторое время спустя Клодель принимает предложение Иды Рубинштейн и соглашается на сотрудничество с Онеггером, с которым вступает в творческий союз впервые. Сколько времени работал Клодель над поэмой, остается неизвестным, но 9 декабря 1934 года он сообщает в письме к Мийо, что поэма закончена. Онеггер завершает свою партитуру 30 августа 1935 года.