Каждый из них намечал свои приемы их творческого преломления,

каждый развивал свою, близкую ему тематику и определял свои художественные ориентиры в поисках оригинального метода формирования своей звуковой системы. При этом все дружно отвергали как додекафонию, так и каноны неоклассицизма. Но, пожалуй, крепче всего их объединяло присущее всем тяготение к разным видам спиритуализма: Жоливе обращался к таинственным мистическим силам древних верований; Мессиан — к опоэтизированным традиционным образам католической догматики; Бодрие и Лесюр — к фантасмагориям некоторых романтиков XIX века, с которыми в их творчестве нередко соседствовали библейские и католические религиозные мотивы и темы.

Тревожные общественные события, предшествовавшие второй мировой войне, не привлекли внимания этой группы молодежи, замкнувшейся в кругу необычных идейно-эстетических проблем, которые были чужды гражданским и патриотическим мотивам. Годы войны и оккупации породили особые темы в их творчестве, в которых причудливо сочетались религиозно-мистические идеи мученичества, обреченности и упования на потусторонние утешения с реальными причинами, их породившими. В годы войны содружество «Молодая Франция» распалось и не восстановилось в послевоенные годы, т. к. творческие пути ее членов далеко разошлись. В дальнейшем с наибольшей интенсивностью и своеобразием развивалось творчество Жоливе и Мессиана. Как тот, так и другой заняли ведущее положение во французской музыкальной культуре послевоенного времени. Более традиционным оказался путь, избранный Лесюром. Увлекся изучением специфики и возможностей звукового кино Бодрие, основавший совместно с