«Одной из самых великих радостей в моей жизни,— пишет Онеггер,— было сотрудничество с таким „либреттистом", как Поль Клодель, если, разумеется, допустить, что такие дивные поэмы, как „Жанна дАрк на костре” и „Пляска мертвых” можно назвать либретто. В отличие от многих литераторов П. Клодель всегда проявлял огромный интерес ко всему, что касалось музыки. В театре он представляет себе все, что музыка может внести, и насколько она может способствовать выявлению достоинств текста.

Поэма «Жанна дАрк на костре» написана как народная ми- стериальная драма, в которой Клодель прославляет не столько идею патриотического подвига, сколько идею добровольного приятия мученичества ради обретения святости. Клодель пытается найти свое примиряющее и «очищающее» церковь решение вопиющего конфликта между судом церкви над национальной героиней, поднявшей народ на борьбу с иноземными захватчиками ради единения разорванной на части междоусобными войнами Франции,— судом, который приговаривает невинную девушку к сожжению как отступницу и ведьму,— и вынужденным признанием (правда, много веков спустя) Жанны подвижницей, а затем и запоздалой ее канонизацией в 1920 году как святой. Для этого Клодель и выводит на сцену святого Доминика, который является осужденной Жанне, читает с ней «книгу ее жизни» и пытается своим толкованием ее жизни примирить со ждущей ее участью и даже внушить ей желание добровольно пройти сквозь «очищающий» от грехов огонь ради достижения святости. Но замысел самого Клоделя двоится, его восхищает не только мученица-Жанна, но и Жанна — смелая, мужественная защитница родной земли, и после прославления божественного милосердия и райских блаженств последняя фраза в поэме гласит: «Нет большей любви, чем отдать свою жизнь за тех, кого любишь.