Голливуд не часто предлагает второй шанс, однако Пресли был редким товаром. Ему была предоставлена благоприятная возможность в фильме « Люби меня не­жно», где он не вполне оправдал ожидания. Картину стали демонстрировать по всей стране за 3 недели до встречи Кантера и Пресли в Мемфисе, и рецензенты были согласны в своей чрезвычайно безжалостной оцен­ке актерского дебюта Пресли. Голоса обозревателей слились в один жестокий хор, и ни один из них не воспринимал Элвиса всерьез. Они реагировали так, будто поведение Пресли — и всех подростков — было просто бесконтрольной вспышкой, которую нужно было вытерпеть, и которая, несомненно, скоро пройдет. По сценарию, Пресли умирал в конце своей первой роли. Это было максимальной гарантией Голливуда, что карьера начнется удачно. На Хэла Уэллиса и Джо Хейзена это не произвело впечатления. С их точки зрения, первая картина была незрелой и непродуманной работой. Их звезду позаимствовал и ис­пользовал кто-то другой. На карьеру Пресли-актера лег­ло неизгладимое позорное пятно. Хейзен в письме к Уэллису называл фильм «Люби меня нежно» «чепухо­вой картиной, которая стоила нам большого труда». «Но бизнес был феноменальным», — с удивлением сообщал Хейзен Уэллису. В Лос-Анджелесе картина Пресли за 2 недели достигла сборов в 280 тысяч долларов. За 2 вечера в Спрингфилде, штат Массачусетс, она собра­ла 5341 доллар. Два дня в Денвере принесли сумму почти вдвое большую — 10273 доллара. Привлекатель­ность Пресли для публики была неоспорима. В Шривпорте фильм демонстрировался 2 недели, что довело поклонников до неистовства. Теперь они могли видеть кинозвезду, а не только звезду рок-н- ролла. По мере приближения начала концерта толпы людей снова окружили отель и заполнили вестибюль. Когда пришло время выезжать, к двери Пресли подо­шли сотрудники полиции Луизианы. Словно требую­щий охраны бриллиант, Пресли был плотно окружая и закрыт со всех сторон полицейскими. Промчавшись по коридорам отеля, вниз на лифте для служащих, через кухню и боковую аллею, звезду, как ценный груз, по­местили в полицейскую машину, стоявшую наготове с открытыми дверцами и работающим двигателем. С го­ловокружительной скоростью она понеслась по Шрив­порту к ярмарочной площади, чтобы там передать Эл­виса другому кордону полиции, сопровождающему его сквозь огромную толпу, едва сдерживаемую живыми заграждениями службы безопасности. Толпа взревела, когда Элвис показался из машины. «Шум перешел в визг, — отмечал Кантер, — пронзительный, разбива­ющий темноту, молящий, фанатичный, когда Элвис выскочил из машины и пронесся мимо хватаю­щих рук в относительную безопасность зритель­ного зала.