Существует концепция регулирования судьбы, объ­ясняющая, как возникают способности к овладению мастерством и искусством, и вообще всякого рода до­стижениям. Если человек верит, что с ним произой­дет то, что он задумал, то эта убежденность становит­ся неотъемлемой частью его личности и влияет на его дальнейшее поведение. Например: человек знает (и верит), что в таком-то киоске найдет нужный ему жур­нал, естественно, он и будет посещать именно этот киоск, а не другой; но если он случайно найдет на улице долларовую бумажку, то вряд ли снова пойдет на то же самое место, когда ему понадобятся деньги. Социолог Торстейн Веблен приравнивает чрезмерную веру в существование внешних сил, «регулирующих судьбу» (вроде силы случая, предопределения свыше и т. п.), к примитивному, варварскому взгляду на жизнь и полагает, что такое мировоззрение свойственно пассивному обществу, функционирующему неэффек­тивно и непроизводительно. Теолог и философ Томас Мертон считает, что вера в могущественные внешние силы — не что иное, как «психологический защит­ный механизм, позволяющий людям сохранять веру в себя в случае неудачи». В то же время люди, верящие в свою способность влиять на события, обретают уве­ренность в себе и умение справляться с трудностями. Они верят, что их успехи зависят от их мастерства и воли. Крайние проявления и первого и второго типа поведения имеют болезненный характер, тем не менее понятно, что уверенность в способности влиять на ок­ружающее позволяет человеку управлять самим собой. Элвис рано научился понимать, что достижение успеха зависит от умения задобрить всемогущие внеш­ние силы. Вначале он попал под полный контроль матери, переживая состояние смешения судеб, а за­тем оказался под контролем церкви, проповедовавшей самоограничение, самоотречение и строгое со­блюдение правил морали, дабы заслужить бла­госклонность всемогущего Бога, находящегося «где-то там, над нами». Для Элвиса власть Глэдис и церкви представляла собой нечто единое, некий за­щитный покров, оберегающий от жизненных проблем и позволяющий надеяться на избавление от них с по­мощью высших сил. Это был способ так называемого магического мышления, который очень подходил Эл­вису, позволяя спокойно совмещать обе роли, навя­занные ему жизнью, и меньше страдать от их проти­воречивости.