Замечательно, что это, мягко говоря, «перегруженное» сопровождение следует за заурядным мелодическим рисунком, лишь по временам дающим понять, что автору тесно в пределах тональной логики и он готов вырваться на ничем не ограниченные просторы атональной бессмыслицы. Это и произошло с творчеством Ч. Айвза в дальнейшем. Антиподы» для голоса с двумя фортепиано — это уже настоящие антиподы всякой осмысленной музыки. О том, что делают оба фортепиано, не стоит говорить, потому что они, по крайней мере, наполовину могут играть что угодно, любые диссонирующие комбинации, согласно насмешливой русской поговорке «Вали кулем, там разберем». Разобрать все равно ничего нельзя.

Что же касается голоса, то он, если не считать коротких и монотонных речитаций, занят диковинными скачками или распеванием неблагозвучных фиорйтур вроде «ces» и на октаву вниз «с», затем на септиму вверх «Ь» затем «d» с мордентом и глиссандо вниз с остановкой на «es». Читатель-музыкант поймет, что все это значит, если примет во внимание, что эти красоты, сопровождающиеся двумя роялями, исполняющими неисполнимые аккорды в стиле, о котором речь шла выше, обозначены темпом» «Преет о». Правда, композитор, снисходя к слабости человеческой, пишет: «Престо» или «Аллегро».

Не следует думать, что здесь мы намеренно выбрали нарочито уродливое сочинение сорокалетней давности.

Монолог «Эсхил и Софокл» (из «Греческих диалогов» Лэндора), написанный в 20-х годах, наперекор своей античной теме, еще уродливее, а вокализированный отрывок из «Чайльд Гарольда» Байрона, несмотря на свой предельный лаконизм, невероятно безобразен.