Во всем квартете при самом тщательном исследовании нельзя обнаружить ни единого такта, который стоило бы запомнить, и очень немного найдется таких, которые можно запомнить. Режущие слух диссонансы, противные, скребущие и царапающие гармонии, множество вовсе не звучащих пустот и полное отсутствие мелодической линии, необыкновенное обилие каких-то ломаных, прыгающих и совершенно бессмысленных антимелодических фраз, полнейшая неквартетность музыкального письма. Невольно возникает вопрос: неужели многовековое развитие квартетной музыки должно было привести к этой ужасающей какофонии? Неужели квартету Уолтера Пистона не предшествовали квартеты Бетховена, Бородина, Чайковского с их бесконечной глубиной музыкальной мысли, изяществом и чистотой линии? Недаром американский музыковед Н. Слонимский писал, что У. Пистон — «американский композитор, говорящий интернациональным языком абсолютной музыки». Иначе говоря,—космополитическим бессмысленным «воляпюком».

Порой кажется, что если бы в типографии перепутали имена авторов целого ряда произведений американской камерно-инструментальной музыки, вероятно, этого никто бы не заметил — настолько они лишены признаков яркой индивидуальности.

До некоторой степени исключением являются лишь единичные произведения, как, например, четвертая соната для скрипки с фортепиано Чарлза Айвз — сочинение программное («День встречи в детском лагере»). Разумеется, программа обязывает ко многому, и в первой части сонаты Чарлз Айвз нашел очаровательные в своей наивной ребячливости темы. Это нас и не удивило, так как Чарлз Айвз — один из старейших американских

композиторов, много работавший на американском песенном и танцовальном фольклорном материале.