Но что же составляет «колорит и смысл» всей нашей эпохи? Ее колорит и смысл в гигантской борьбе за лучшее и светлое будущее человеческого общества, за мир без рабства, без насилия и войны, без капиталистического «царства торжествующей свиньи», без гнусностей самодержавного денежного мешка, за мир расового и национального равенства, за лучезарный мир победившего трудового человека. Если художник не способен придать своему творчеству этот колорит и смысл, если он не способен понять великую мысль Белинского, что «отнимать у искусства право служить общественным интересам — значит не возвышать, а унижать его», лишать его живой силы, делать предметом сибаритского наслаждения, игрушкой праздных ленивцев и, следовательно, врагов трудящегося человечества — если художник не способен понять все это, он вовсе не художник и самозвано носит это почетное имя.

Изучение буржуазного декаданса обоих полушарий раскрывает перед нами чрезвычайно мрачную картину. Могильным холодом, тленом и разложением веет от творчества западноевропейских и американских модернистов. Но мы знаем, что живые и могучие силы есть в каждом народе Европы и Америки, мы слышим отзвуки этих сил в пении Поля Робсона и знаем, что ему вторят миллионы черных и белых американцев. Мы знаем, что живет боевая песнь французского, испанского, бельгийского и всех других народов Западной Европы и что очень скоро она зазвучит в согласном хоре с песнями народов Восточной Европы. Но эту песнь мы слышим не в бормотании французской «четверки», не в музыке полоумных сюрреалистов, не в шуме и грохоте «перкуссионных» американцев, а в речах и призывах европейских и американских коммунистов и тех прогрессивных деятелей всех наций, что поняли и прочно усвоили одну незыблемую истину — «капиталистическое производство враждебно некоторым отраслям духовного производства, каковы искусство и поэзия» (К. Маркс) и в условиях декадансного буржуазного общества не только дальнейшее развитие искусства, но самое его существование невозможно.