1Одним из самых значительных событий театрального фестиваля «Божественная комедия», который проходил в польском городе Краков, стала новая работа Кшиштофа Варликовского – «Варшавское кабаре». В нем оказались соединены пьеса Йоахана Ван Друтена «Я камера» и сценарий Джона Камерона Митчелла к фильму «Shortbus», а довоенная Германия – с нынешней Америкой.

Режиссер, сделавший польский театр таким, каким мы его знаем.

Варликовский уже успел стать для российской публики олицетворением как польского, так и современного европейского театра в целом. На него готовы молиться и одновременно ругать последними словами. Россия уже имела возможность познакомиться с тремя наиболее значимыми спектаклями Варликовского.

«Варшавское кабаре» во многом отличаются от его прежних работ. Здесь вы не найдете гневного социального пафоса, сплетения часто несовместимых текстов, сложных сценических технологий и эффектов. Здесь Варликовский пытается добиться максимально возможной простоты и сосредоточиться исключительно на рассказе судьбах людей.

Кабаре – символ нацистского мира и образ глобального одиночества

Спектакль представляет собой две несвязанные между собой части. Первая из них повествует о зарождении нацизма в Германии, вторая посвящена пережившему террористическую атаку 11 сентября Нью-Йорку. Об исторической подлинности речи не идет. Актеры носят современную одежду, на сцене помещен широкий павильон с кубом из стекла, редко встречающиеся предметы мебели. Режиссер намеренно не пытается осуществить привязку к какому-либо времени. В его «Варшавском кабаре» разные эпохи сливаются в единое целое, создавая некую антиутопию, в которой мы с удивлением узнаем наш сегодняшний день. Мы видим фантазию на тему, какой могла бы быть Германия, если бы Гитлер встал у власти уже в наше время. Кабаре оказывается отличительный знаком мира нацистов, где отразились все мысли, надежды и устремления живших в нем людей. Они не помышляли ни о чем дурном, им просто нравились яркие, впечатляющие шоу.

Нацистская диктатура оказывается переплетенной с «американской мечтой», тоталитаризм – с глобализацией, в продажном мире.

«Варшавское кабаре» – повесть о невыносимом безмерном одиночестве героев Варликовского. От него никуда не деться, его невозможно избежать.. Нацизм показан как приют для одиноких людей, не знающих, что такое любовь.

Во второй части мы переносимся в Нью-Йорский стриптиз-клуб. Здесь Варликовский разрушает все представления о сексуальной откровенности допустимой в театральной действительности. На сцене, в прозрачном кубе из стекла проходят сексуальные игры, показаны совокупления, что становится своеобразным прославлением высвобождения людских комплексов, происходящего с нами с послевоенных времен. Однако, происходящие сумасшествия, в конце концов, не что иное как попытки людей убежать от одиночества и восполнить недостаток любви. Сексуальные оргии становятся средством самоутверждения. Участие в них помогает почувствовать, что рядом с тобой находится еще живой человек.

Шоу должно продолжаться

К концу все превращается в настоящую безумную фантасмагорию, где уже ничего не остается от реального мира, но в которой он каким-то удивительным образом отражается, как в кривом зеркале.

В конце все радостно завершают предложение, начатое главным героем, – «Щоу должно…” – «ПРОДОЛЖАТЬСЯ!”. И хотя Варликовский по-своему издевается над счастливым финалом, все же остается впечатление, что он действительно искренне верит в свою абсурдно безоблачную развязку. Ведь в нашем безумном мире можно ожидать всего.